Что немецкий нацизм становится менее
дискретным замечается и в политике Четвертого Рейха по отношении Европейского
Союза и его остальных членов – не случайно как раз из-за этой политики и
получил он свое наименование „Четвертый Рейх“.
Прежде чем перейти к ней, хочу остановиться
на несколько обстоятельств, без учета которых нельзя понять эту политику. Уже
несколько десятилетий Германия является самой большой и конкурентноспособной
экономикой в Европейском Союзе и в то же время с най-меньше развитым рынком
акций. Этот парадокс объясняют с неприязнью немцев рисковать, но это неверное
объяснение – какой был риск в акциях передовых немецких концернов в годах
экономического чуда? Да и диверсификация риска известна в Германии не меньше
чем в других странах. Настоящее объяснение следующее – собственность в немецких
концернах и тем самым доля в их прибылях доступна лишь немногим людям и эти
люди представляют могучие фигуры не только из Германии, но в основном из-за
границы, прежде всего из США. Например несколько лет тому назад самым большим
институциональным инвеститором в Дойче Банк была американская Vanguard
Group, что означает, что этот банк еще тогда был немецким в основном по
наименовании.
Конечно, техническая експертиза,
квалифицированная рабочая сила (включая эксплуатацию гастарбайтеров) и
финансирование по плану Маршалла являются частью объяснения экономического чуда
Четвертого Рейха, но тот, кто думает, что одной конкурентноспособностью можно
завоевать международные рынки, знает экономику лишь из учебников.Ключ к одному
рынку сегодня есть сила и власть и без американских мускулов экономическое чудо
Германии не состоялось бы. Причем около 50% валлового внутренного продукта
Германии приходят от экспорта. Дам один пример: в Болгарии я был финансовым
директором одного производственного предприятия. Оно возникло во времена
социализма для технолигического экспорта в стран СЭВ. После перемен оно
потеряло рынки и несколько лет пережило без какой либо продажи продукции.
Причем это предприятие было конкуррентноспособно – оно работало по западной
технологии с большой долью применения ручного труда, который в Болгарии был
очень дешевый. Причем предлагалась продукция по ценам ниже себестоимости. До
перемен в предприятии работали около 2000 человек, когда я начал работу их было
лишь около 170, а через несколько месяцев их стало 215. Но рынки открылись для предприятия лишь после
его приватизации американцами. Конечно, цена приватизации была очень ниской –
сколько может стоит предприятие, которое не может найти сбыта для своей
продукции? Я поинтересовалься – наверно надо было провести технологические
изменения прежде чем начать продавать на западные рынки, для которых у нас не
было специалистов? Нет, вышло что завод выпускает та же самая продукция как и
до перемен и никакие технологи никогда не приходили из США. Кстати, это было
одна относительно порядочная приватизация для болгарских стандартов тех времен.
Можно дать лишь то, что есть у себя
или что находится под своим контролем и в этой связи возникает вопрос
предоставили ли американцы безвозмездно немецкому хозяйству доступ к сырью и
рынки сбыта американского хозяйства.
Сегодня пишут много о том, что у
Германии нет настоящего суверенитета и что страна находится под контролем США,
причем ссылаются на книгу генерал-майора Герд-Хельмут Колосса „Немецкая карта“,
респективно на тайного договора 21 мая 1949 года и на Канцлерского Акта. Все
это верно, но оно представляет односторонное изображение ситуации. Надеюсь, вы
заметили с каким энтусиазмом верхушка Четвертого Рейха, в частности канцлер Ангела
Меркель взяли сторону Хиллари Клинтон на последних президентских выборах и
ожидали ее победу и как драматично это верхушка и сама канцлер приняли ее
поражение. Госпожа Клинтон, как и семья Клинтон, персонифицирует так называемых
глобалистов, для которых США являются не столько Родиной сколько инструментом
их влияния в мире, откуда (из-за границы) и в основном приходит их личное
обогащение. А Доналд Тръмп в то время персонифицирует американский
индустриальный капитал, который стремится к подьему американского хозяйства и
который в последние десятилетия был вытеснен глобалистами, за которыми стоит
финансовый капитал. Немецкие реакции не оставляют сомнения, что речь идет не о
вынужденной зависимости, а о неравном партнерстве в интересах обеих партнеров и
которое желано и младшим немецким партнером. Современный немецкий нацизм
несет мантию неолиберализма и это имеет ключевое значение для понимания
неолиберализма как геополитическое движение. Не случайно неолиберальные медии
после поражения Хиллари Клинтон объявили канцлер Четвертого Рейха Ангела
Меркель лидером и знаменосцем свободного мира, а значит глобального
неолиберализма. Факт, что председатель CDU - одной
классической консервативной партии, превратилась в символом и надеждой
неолиберализма, подтверждает то, что я раньше здесь писал - что нацисты используют традиционные немецкие
партии лишь как фасад для прикрытия своей реальной политики.
Как болгарин даю следующий пример, в
котором американские мускулы помогли немецкому экспорту. После перемен не
только стали уничтожать сельскохозяйственные коооперативы, но американцы
вынудили нашу страну (американский посол бил кулаком по столу болгарского
президента и лично угрожал ему), вернуть землю их собственникам в реальных
границах, а не на основе коммасации, что лишило наше сельское хозяйство
возможности машинной обработки и тем самым конкурентноспособности. Результат
тот, что Болгария, которая на протяжении почти всего двадцатого века снабжала
Германию с продовольствием (в обеих мировых войнах голод в Германии начинался
когда снабжения из Румынии и Болгарии прекращались) сегодня вынуждена
импортировать сельско-хозяйственные товары и Германия является самым большим
поставчиком.
Зависимость и вышеупомянутое
партнерство не единственные способы привязания немецкой верхушки к США. Бывший
главный редактор журнала „Deutsche Militärzeitschrift“ Мануел Оксенрайтер
(Manuel Ochsenreiter) рассказывает, что американские неправительственные
организации как „“Atlantik-Brücke“ воспитали и обучили немецкую верхушку
и на самом деле контролируют ее. Журналист Удо Улфкотте (Udo Ulfkotte) описал, как
американцы и их тайные службы коррумпируют немецких журналистов и как они
рассправляются теми, которые не выполняют их „указания“. Сам он не выдержал на
преследования и тормоза и в январе 2017 года умер от четвертого приступа
инфаркта.
В результате немецкая верхушка
полностью принадлежит трансатлантическому лобби и Германия превратилась в
основной инструмент американцев для контроля над Европейским Союзом.
Другое важное обстоятельство, имеещее
отношение к пониманию немецкой политики по отношении ЕС есть нынешнее
доминирующее положение страны в Европейском Союзе. Особенно после Брекзита
Великобритании Четвертый Рейх будет единственным доминирующем государством в
Европейском Союзе.
Во время Холодной
Войны экономика Четвертого Рейха играла роль локомотива всего хозяйства
европейского сообщества и тем самым внес существенный вклад в развитии ЕС. Это
была и геополитическая цель американцев и западных субъектов решения с
поддержкой западнонемецкой экономикой после войны. Европейский Союз развивался
быстро, с экономическим ростом росло и благосостояние населения и сообщество
было единно и солидарно. Все это были важные факторы для победы в Холодной
Войне.
Картина изменилась
драстично после победы в Холодной Войне и крушения СССР, Восточного блока и
социалистическая общественная модель. Американцы стали смотреть на ЕС как на
свой конкурент, что понадобило его ослабление.
Немецкие нацисты
получили право налагать другим странам свои интерессы. Они никогда не
рассмотривали Европу как международная общность и сейчась стали воспринимать ЕС
с его институциями как инструмент контроля и использования других стран-членов.
Возможности этого возросли значительно с принятием восточноевропейских стран в
ЕС. Для Четвертого Рейха новые члены означали лишь новые рынки, включая для
товаров сомнительного качества, дешевое приобретение активов в рамках
вынужденных приватизационных процессов и приток новых денежных поступлений из
новых членов. Сейчась объясню последнее. С ее принятия в ЕС Болгария – самый
бедный член союза оплатила 25 миллиардов левов (это около 13 миллиардов евро),
а получила от бюджета ЕС еквивалент 16,5 миллиардов левов. Чехия, по данным
чешкой прессы оплатила ЕС 82,9 миллиардов евро, а получила около 20,4
миллиардов. Разница потребляется в основном старыми и богатыми членами ЕС и это
одна из причин из-за которых богатые страны в ЕС становятся (все еще) богаче, а
бедные – беднее. Как рассказал и доказал этот блог Четвертый Рейх (и не только
он) не постыдился использовать неоколониальные отношения со странами Восточной
Европы для приобретения прибылей от торговли их гражданами. Но и ограбление
Восточной Европы недостаточно для нацистов и они стали грабить ослабшую Южную
Европу.
Нынешную немецкую
политику по отношении ЕС очень четко сформулировал министр финансов Волфганг
Шойбле (Wolfgang Schäuble) в своем интервью для газеты Ню Йорк Таймс в ноябре 2011
года. Он сказал, что целью этой политики является централизация Европы путем
создания политического союза, который может быть создан только в условиях
кризиса ЕС. То, что централизация Европы может произойти лишь в условиях
кризиса, означает, что большинство стран не желает эту централизацию и кризис
нужен в качестве кнута их принуждения к этой централизации. Если учесть и
обстоятельство, что Германия явялется единственным доминирующем государством в
ЕС, то не остает сомнения, что под централизацией Европы г-н Шойбле понимает
подчинение Европы интересам Четвертого Рейха. Как писал немецкий экономист
Волфганг Штреек (Wolfgang Streeck) Германии удалось превратить ЕС в дополнение
к себе, где то, что хорошо для Германии, хорошо и для остальных.
Развитие греческого
кризиса раскрывает очень четко, как нацистко-неолибералное дуо немцев и
американцев организует кризисов в других странах, чтобы установить контрол над
ними и над Европой. Сказки средств массовой информации о плохой трудовой морали
греков и о высоких разходах их социального государства как причинители этого
кризиса неверны даже из-за того, что греки и их социальное государство такие,
как они были и 30 и 50 лет назад, когда Греция развивалась удачно. Кстати, по
данным ОЭСР греки являются самой работающей нацией в Европе – их рабочий год
длится средно 2017, в то время как у немцев он длится лишь 1408 часов. „Корригированные“
хозяственные данные от октября 2009 года были ложью, чей автор – председатель
партии ПАСОК Георгос Папандреу придумал дней после ее выборной победы, чтобы
иметь предлог не выполнять свои предвыборные обещания. Только несколько дней
позже его политический оппонент Антонис Самарас доказал, что „корригированные“
данные манипулированы.
Не смотря на это
проценты по греческому долгу возросли, а Германия и Франция подготовили
кредитный пакет в размере 110 миллиардов евро, предусматривающий очень рестриктивную
экономическую политику. Папандреу хотел провести референдум по пакету, но ему
ставили ультиматум – либо принимать пакет, либо погасить дольги и покинуть
еврозону и греческое правительство приняло пакет. В следующих годах – от 2009
до 2014 года, доля суверенного греческого долга как процент валлового
внутренного продукта вырос от 129,7% до 177,1%. Это повышение результат не
только абсолютного увеличения числа займов, но и падения валлового внутренного
продукта в результате программы экономий. Когда долги возросли до степени, при
которой Греция не могла уже выплатить падежи по своим долгам – на чем и ее
кредиторы рассчитывали, Четвертый Рейх отказал любого опрощения долгов.
Немецкие банки перестали предоставлять кредиты, покупать греческие государственные
облигации и инвестировать в Грецию и посоветовали греков обратиться к
международным финансовым институциям как Междурадоный Валютный Фонд и
Европейский Центральный Банк (ЕЦБ). Дальнейшее развитие показало, что эти
институции – особено ЕЦБ, польностью стоят за Германией. ЕЦБ играл решающую
роль за принятие греческими банками условий кредиторов и тем самым для их
капитуляции.
Кредиторы требуют
ог Греции драстические сокращения всех социальных программ, что привело бы к
уничтожению социального государства, значительное уменьшение пенсий, увеличение
налогового бремени трудящихся, включая тех с низкими доходами и сокращение
правительственных затрат. Все это углубляет рецессию, которая дальше ухудшает
платежеспособность страны. Грецию также принуждают к массовой приватизации,
сравнимой по размерам с приватизацией во Восточной Европе в 90ых, которая как
каждая массовая приватизиция, отдаст инвесторам ценные активы по заниженным
ценам. Длинная и углубляющаяся рецессия приведет многих частных греческих предприятий
либо к банкротству либо превратит их в дешевую добычу для иностранных
инвесторов.
Целью этих
требований не является обеспечение платежей – Международный Валютный Фонд все
равно выплатит частным кредиторам, да и сами требователи хорошо сознают, что
если их требования выполнятся, Греции не чем будет платить. Стратегическая цель
за этими требованиями – уничтожить социальное государство, подавить
национальный капитал, чтобы полностью подчинить Грецию неолиберальному
американо-немецкому партнерству путем создания неоколониального режима – как
уже сделали восточноевропейскими странами. Заметно и то, что в Греции, как и во
всех остальных кризисних странах за исключением Исландии, кризис был
использован, чтобы национализировать долги частных предприятий в кризисной
стране и в то же время национализировать путем рефинансирования государством
требования частных банков, в то время как их прибыли остаются за этими банками.
Как я писал в блоге slavjanstvo.blogspot.com, бывший президент
Германии Кристиан Вулф (Christian Wulff) потерял свой пост из-за замечания, что
неравенства не принимаются населением, когда прибыли приватизируются, а потери
национализируются.
Грецию втянули в
кризис и двумя методами, которые по моему очень хорошо характеризуют
неолиберальное-нацисткое дуо. Во-первых, страну часто заставляли импортировать
из Германии за предоставленные немецкими банками кредиты, причем часто речь шла
о товарах, в которых не было необходимости. Например договоры с немецкими
оружейными концернами привели к систематическому росту военных разходов и эта
тенденция продолжает („German hypocrysy over Greek military spending has critics
up in arms“ – The Guardian, March 6, 2013).
Во-вторых, это
немецкий экспорт коррупции. На прессконференциях публично упоминалось, что в
около 90% случаев коррупции участвовали немецкие фирмы. Концерну Siemens приписывают
подачу подкупов в размере около 100 миллионов долларов и во всех 164
расследованных договоров покупки
больничного оборудования (из 500) немецкий концерн являлся единственным участником
торгов, причем цена покупки и услуг не обсуждались („Griechische
Siemens-Manager flüchten vor Justiz“ - Zeitonline 30. Mai 2009). Немецкие
фармацевтические концерны манипулировали греческое медицинское снабжение с
подкупами в целях оптимизации их прибылей („BAYER zahlt Schmiergelder jetzt auch
an griechische Ärzte“ - imerisia.gr, 16. Juni 2015). Я не сомневаюсь,
что вышеупомянутые немецкие концерны сейчась
коррумпируют и на других местах, где уже
или скоро будет кризис.
Кто хочет
ознакомится с польным набором методов порождения кризисов в разных странах
может прочитать книгу Джона Перкинса (John Perkins) „Confessions of an
Economic Hit Man“.
Четвертый Рейх
удачно навязывает свои интересы не только малым и слабым странам, но и странам
как Франция. Так например на переговорах по TAFTA немцам
удалось открыть американский рынок для своих автомобилей, в то время как
интересы Франции в сферах обслуживания и сельского хозяйства были пожертваны.
Создание
банковского союза и ратификация Европейского фискального пакта дополнительно
укрепят доминацию Четвертого Рейха в ЕС.
До сих пор Германия
развивается удачно за счет других стран-членов ЕС.
Можно утверждать,
что Четвертый Рейх без применения вооруженных сил постиг больше по отношении
контроля и потребления ресурсов Европы чем Третий Рейх постиг через свой
Вермахт. Вред, которые несет старый континент сопоставим с вредом войны, только
его сейчас наносят не бомбами и пулями, а кризисами, которые разрушают
экономическую, социальную и политическую деятельность многих государств.
Гельмут Кол был правым, когда в 2011 году возкликнул, что Ангела Меркель
разрушит „его Европу“, если расмотривать нынешний федеральный канцлер как
персонификация тех факторов, которые стоят за ней.
Отсуствие любого
интереса в развитии ЕС и стремление решать свои проблемы за счет других со
стороны немецкой верхушки становятся все виднее. Когда Ангела Меркель
пригласила мигрантов в Германию, она забыла купить им билеты на самолет и
сейчась, когда Четверый Рейх не желает большую часть этих мигрантов (они
конечно выбрали тех, кто им нужен), он ссылается на правило ЕС, по которому
мигрантов должны принять граничные страны ЕС, через которые мигранты вошли в
ЕС. И контролируемые Четвертым Рейхом институции ЕС требуют от всех стран
принять квоты для мигрантов, хотя эти страны никогда не приглашали мигрантов и
многие из них не имеют ничего общего с преступными войнами, которые разрушили
страны этих мигрантов.
Четвертый Рейх
является и самым твердым сторонником концепции „Европа на нескольких скоростях“.
Эта концепция (у нее есть несколько вариантов), выражающая егоизм
западноевропейцев по отношении восточноевропейцев и их стремление сохранить
перед ними свои привилегии. Это четко подтверждает комментарий немецкого
министра финансов Волфганг Шайбле, что нельзя повторять ошибку, принимать
бедных стран в еврозону. В этой связи хочу привести замечание болгарского
финансиста Емил Харсев, что с их основания – с 1871 года для немецкого, и с
1879 года для болгарского, немецкий центральный банк три раза оказывалься в
банкротстве, а болгарский – ни один, не смотря на того, что в этот период
Германия была гораздо богаче чем Болгария, причем обе страны потеряли Первую
Мировую Войну, а во Второй Мировой Болгария как союзник нацисткой Германие до
1944 года была порядочно ограблена
ею.
На самом деле
Болгария выполнила все критерий для членства в еврозоне, фиксированы в договоре
от Маастрихт и в ее договоре о присоединении и членстве в ЕС. Не смотря на это
страну не хотят принимать в еврозону и ссылаются на какие-то новые, неписанные
и самое важное, неизмеримые критерии. Истинная причина следующая: Европейский
Центральный Банк (ЕЦБ) рефинансирует нулевыми процентами облигации
государств-членов еврозоны. Нулевой процент в условияг инфлации означает
реальный отрицательный процент, что представляет не просто дешевое
финансирование, а дотация. С 2016 года
ЕЦБ покупает и облигации концернов из стран еврозоны и до сих пор
потратил на такие облигации 115 миллиардов долларов. Ройтерс сообщает, что 29%
этой суммы получили французские, а 25% - немецкие концерны или 54% суммы ушла в
корпорации двух самых больших и влиятелных членов ЕС.
Когда-то солидарный
ЕС сегодня являеся сценой национального егоизма (где сильные решают свои
проблемы за счет слабых), неоколониализма, через которого западноевропейцы
используют все более ограниченные ресурсы восточноевропейцев и все брутальнее
эксполатируют последних, включая через порабощение и торговлю людьми и не
только не поддерживают их развитие, но и препятствуют его. И во всем этом
Четвертый Рейх задает тон. Как могут бедные хозяства развиваться, когда они
финансируют богатые хозяйства, а дотации ЕС финансируются всеми, а достаются
лишь богатым? Когда я констатировал участие западноевропейских
государственных институций в рабстве восточноевропейских женщин я утверждал,
что Запад заинтересован в том, чтобы Восточная Европа осталась бедной и
продолжала поставлять рабы западным рабовладельцам. Эта статья польностью
подтверждает это мое утверждение.
Не смотря на весь
этот грабеж в еврозоне уже не наблюдается экономический рост. Дотации и
денежные потоки из Восточной Европы идут на коррупцию и рефинансирование
растущих долгов западноевропейцев. И так как награбленное из Восточной Европы
все больше не хватает, пришла очередь грабежа более слабых стран Южной Европы
как Греция и Испания. Есть один единственный реальный критерий принятия в ЕС –
чтобы кандидатом была достаточна слабая страна, чтобы ее можно грабить и чтобы
ее елита приняла этот грабеж – ведь средства, которые предоставляет ЕС странам-членкам
финансируются из их бюджетов, но идут в основном на счета неоколониальной
верхушки. Я уверен, что если бы США удалось подчинить Турцию, ее без проблем и
быстро приняли бы в ЕС.
Брекзит есть начало
конца объединенной Европы не потому что Великобритания выходит из Европейского
Союза – страна присоединилась к интеграции в 1973 году когда Европейское
Сообщество имело за собой очень удачный период развития, а потому что он сделал
всем понятно, что под руководством Четвертого Рейха (а скорее американо-немецкого
дуо) ЕС не имеет больше перспектив и представляет тонущий корабль.
Все больше
експертов убеждены, что выход Четвертого Рейха из ЕС – Дойчекзит являетя
объязательной предпосылкой спасения объединенной Европы, но это возможность
пока не реалистична.
