Георги Марков известен как писатель-диссидент, по моему честный писатель, которому в 60-ых годах удалось добиться признания правящей коммунистической партии. В 1969 году он поехал к своему брату в Италии, а в 1971 году отказал вернуться в Болгарию, переехал в Англию, где стал работать на ББС. Стал известным своими “Заочными Репортажами”, передаваемые радиостанцией “Свободная Европа”. Они представляют критические анализы жизни в социалистической Болгарии. Англичане утверждают, что 7 сентября 1978 года на него было совершено покушение уколом яда из какого-то зонтика, а сам писател умер 4 дня позже – 11 сентября. По утверждениям англичан покушение было совершено болгарскими тайными службами из-за его критики правящей коммунистической партии. В подтверждение своей версии они приводят факт, что день покушения - 7 сентября является днем рождения лидера болгарской компартии Тодор Живков, якобы смерть писателя должна была быть подарком для него, и что несколько дней раньше аналогичное покушение было совершено против другого критика системы в Болгарии – Владимир Костов.
Начнем с достоверностью мотива его убийства. “Заочные Репортажы”, из-за которых он якобы поплатился жизнью, как я уже упомянул, представляют критику негативных сторон сложившейся в Болгарии системы социализма. В основной своей части его критика была объективной (о карьеризме, о привилегиях управляющих, о влиянии пропаганды на историю) и отражала мнение многих членов партии и даже людей на руководящих постах. Капитализм он не проповедовал и относился критически к немало реальностям жизни Запада. В частности он критиковал пропагандную машину в Болгарии о создании култа к Западе, разрушивший жизнь немало молодых болгаров. К тому “Заочные Репортажи” ставят патриотизм и привязанность их автора к болгарскому народу вне всякого сомнения. Вне сомнения также его стремление к полной независимости его мнения и позиций от любого влияния, в том числе и от его новых работодателей. Последная его книга – “Преподобное Шимпанзе”, являющейся острой сатирой политической системы Великобритании, доказывает это.
Гражданские позиции Маркова мне напоминают позиции Милан Кундера. В частности, как и чешкий класик, болгарин не видел путь развития своей страны в следовании Запада. Поэтому писательская судьба обеих в новых колониальных реальностях их стран незавидная. Имя Маркова спрягается лишь как инструмент пропаганды в связи с его кончиной. Как писатель он на самом деле незнаком в современной Болгарии.
Говорят, что его убили из-за того, что миллионы болгаров слышали его “Репортажи” и настраивались против системы. На самом деле врядь ли больше 20 000 людей в Болгарии, в основном в Софии и в больших городах, были знакомые с “Репортажами”. Аналитические произведения никогда не радуются большой популярности. Для сравнения вышедший в 1968 году сборник епиграм “Горячие перцы” Радоя Ралина был известен всей Софии. Судьба сборника и его автора показательны для отношения власти в Болгарии к ее именитым критикам – сборник был запрещен, допустившие его публикацию были наказаны, но сами Радой Ралин и художник Борис Димовски не пострадали, хотя от партийных документов того времени видно, что “свою вину они не осознали”.
Поэтому “Заочные Репортажи” не представляют убедительным мотивoм для убийства Марковa. Еще 17 сентября 1978 года газета «Sunday Times« писала: «Мы проучили тексты Маркова по «Свободной Европе» и считаем, что утверждение, что они разобличили скверную жизнь болгарских лидеров просто неверно». Газета так же отметила, что за 25 лет жизни радиостанции никто из ее сотрудников не был убит, хотя они в основном бежали из Восточной Европы и выступали против коммунистических режимов. День раньше сам заместитель-директора «Свободной Европы» Джеймс Браун заявил, что считает убийство Маркова болгарскими властями из-за его передач по «Свободной Европе» невозможным.
Тем временем, как я уже упомянул, у Маркова были значимые разхождения с англичанами. К концу его жизни писатель собирался покинуть ББС и Англию и пересилиться в другую страну, скорее всего в Германию. Представители английских интересов утверждают, что эти планы связаны с намерениями Маркова, Костова и других пишущих эмигрантов выдавать журнал для болгарской литературы – «Нов златорог” в Мюнхене. Но участие Маркова в таком журнале само по себе вообще не требовало его переселения в Мюнхен, ни покидания ББС, он мог писать из Лондона. Насчет утверждений, что его убили из-за намерений издавать этот журналь, то каждый, который знаком с оригинальным журналом “Златорог” поймет, что это должен был быть журналь о болгарской литературе, включая о гражданских позициях этой литературы, включая и ее критику на болгарское правление, но не в основном о политике. “Новый златорог” тоже не мог быть причиной убийства Маркова. Интересно утверждение одного из последних советников Живкова Костадин Чакаров. Он утверждает, что сам Живков ни одно плохого слова о Маркове никогда не сказал и считал его великим болгарином с трагической судьбой. Чакаров утверждает, что к концу его жизни Живков, узнав о его незавидном материальном состоянии, дал указания помочь Маркову любой ценой. Было принято решение назначить его консултантом болгарского културно-информационного центра в Вене (дом Витгенщайн) на хорошей зарплате и без никаких ангажиментов По поручению Живкова лично начальник разведки генерал Коцев занялся улаживанием формальностей. Достоверность этих обстоятельств надеюсь можно проверить и в этой связи на меня производит впечатление, что все говорят о досьях Маркова в органах госбезопасности, но не упоминается ничего об его досье в Центральном Комитете коммунистической партии, где он был номенклатурой и где все это должно быть отражено.
Следует учитывать, что покушение на диссидента со стороны болгарской разведки в стране как Великобритании имело бы крайне тяжелые последствия для ее оперативной деятельности и в виду ограниченных возможностей для такой деятельности могло бы привести к ее фактическому блокированию. Утверждения, что болгарские службы многократно угрожали Маркову убийством и что потом убили его в самом Лондоне, представляют англичан как аборигены в делах, в которых они являются всепризнанными мастерами. К тому какая служба будет угрожать тому, которого она будет убивать – зачем его предупреждать? Чтобы англичане занялись его охраной? Интересно было бы узнать, предприняла ли английская контрразведка, что-то после покушения против представителей болгарских институций во Великобритании.
Самое важное – столько лет после становления контроли Запада над Болгарией не найти ни одного человека, замешенного в этом убийстве, который даст показаний - при таком нажиме это просто нереально. Эсли на самом деле были такие люди, их не трудно найти.
Факт, что в январе 1978 года вопрос о снятии Маркова с ефира ББС был поставлен официально перед английскими властями на уровне болгарского заместителя-министра внешних дел, указывает на то, что не было никаких планов покушения на Маркова со стороны Болгарии. Никакая страна не будет дискредитировать своих официальных представителей причем на таком уровне, если у нее на самом деле есть намерения послать потом убийца. Факт, что вопрос был ставлен Марией Захариевой, отвечающей не для политических отношений, а для культурных связей говорит о стремлении болгарских властей не ставить вопрос в тяжест политических взаимоотношений двух сторон. Насчет приписуемых ей выражений угроз, о которых произвольно пишут, она не могла их сделать даже из-за того, что и по болгарским законам евентуальное убийство Маркова представляло бы преступлением – у него никогда не было смертного приговора, не говоря о том, что оно было бы преступлением и по британским законам.
На мой вопрос кто убил Маркова в свое время отец ответил, что Марков был двойным агентом. Многие известные обстоятельства вокруг писателя указывают на такой статус у него. У него были досье в больше одного управлениях органов безопасности, что предполагает не неразбериху между службами, а что это были досья совсем различного качества. Он был в очень близких отношениях с писателем Костадин Кюлюмов и его семьей, который был и заместителем- началника Шестого управления госбезопасности, которое как раз работало с людьми изкуства. Учитывая специфику этих людей он и его коллеги часто применяли неформальный способ вербовки – без документов, который говорят, был применен и в случае с Марковым. К эмиграции в Англию его склонил Петр Увалиев, известный болгарский эмигрант в Лондоне и сотрудник болгарской разведки. Тот сделал обещания, который не выполнил, в частности о проникновении в филмовой индустрии, а публикациях его книг, и в конечном итоге содействовал ему начать работу в ББС – место, интересное для болгарской разведки.
Сами англичане до сих пор утверждают, что Марков никакого отношения к никаким службам не имел. Такая категоричность по такому вопросу кажется подозрительной для професионалов как англичане. Она говорит и о том, что он сам свою причастность к болгарской разведке им никогда не скрывал, а значит он сохранил свою лояльность. То, что англичане его вербовали, по видимо предусматривалось и не считается предательством.
По вопросу о агентурной принадлежности Маркова интерес представляет комментар следователя по его убийстве с 1999 года Андрей Цветанов, что допросы свидетелей ведут в обе стороны.
Так как по словам того же следователя есть разхождения между упомянутыми в публикациях фактах и того, что есть у следствия, я отсюда буду придерживаться больше к его высказываниям – в отличии от журналистов, у которых, особено если они отстаивают английские интересы, есть свобода слова, следователь разполагает наличными документами и несет ответственность за ошибочные выступления. Особый интерес представляют события после покушения Маркова и в частности медицинская экспертиза.
По-видимому английские врачи вообще не сообразились тиражируемыми показаниями Маркова о его покушении при вступлении в больницу и ставили ему диагнозу сентицемия (тяжелая инфекция крови вследствие бактериалной интоксикации). Из-за ошибочной диагнозы назначенная терапия не была адекватной настоящему заболеванию, установленному лишь после смерти писателя – “острого отровления неясного происхождения в результате имплантирования метального чужого тела в организм, чьи свободные пространства были изпольнены высокотоксичним агентом, по всей вероятности рицин”. Самое важное – английские врачи не обработали рану на ноге Маркова, чтобы елиминировать яд и вырезать воспаленную ткан. Эти ошибки выглядят очень странно, если Марков при поступлении в больницу говорил о уколе и о покушении на него. Странно и то, что врачи не позвонили в полицию при таких показаниях. Странно и то, что аутопсию Маркова делал д-р Руфъс Кромптън, старший преподаватель по судебной медицине в больнице “Сейнт Джеймс” где “лечили” и умер писатель, а по совместительству патолог Министерства внутренних дел Великобритании. Тот сам признает, что на основе своей аутопсии он бы написал, что Марков умер от заболевания. Непонятно тогда по каким причинам, патолог Министерства внутренних дел, который при осмотра тела как и врачи, лечившие Маркова, не увидел капсулу, умудрился послать пробы для анализа во военной лаборатории для химических и биологических оружий в Портсдаун, где впервые обнаружили капсулу. Самое впечатляющее это польное отсуствие полиции и представителей британских служб до обнаруживания капсулы яда, несмотря на тиражируемые угрозы Маркову болгарскими службами и показания Маркова при поступлении в больницу. По крайней мере стоят вопросы документированы ли показания Маркова при вступлении в больницу и есть ли доказательства, что капсула была в теле Маркова при его поступлении в больницу.
Но странности не закончивают на все это. Аналогичное покушение на Владимира Костова в Париже закончилось тем, что ему около 2 дня нездоровилось – симптомы у него были аналогичними с теми у Маркова, но потом не были проблемы, хотя капсула с ядом была в его теле около месяца. Заключение француских врачей однозначно – в виду вместимости капсулов в телах Маркова и Костова – 0.2526 мг и 0.2529 мг яд в них не в состоянии вызвать смерть человека, так как минимальное необходимое для смерти количество любого яда, включая рицина, около 1.4 мг. Поэтому дело о попытке убийства Костова было прекращено. Если искать логику в безсмысленном покушении на него, то это вменить общественности, что покушения на обеих эмигрантов являются делом болгарских служб.
Не могу сказать могла ли комбинация такова количества яда с очень плохим состоянием здоровья Маркова (в результате туберкулеза легкие у него были разбитые, были наченки цирроза печени – к концу своей жизни Марков увлекся алкоголем) убить его, но могу точно сказать, что в таком случае организаторы убийства были детально знакомые с актуальным состоянием здоровья писателя, что можно сказать о британских, но не о болгарских службах. Если ошибки врачей были роковыми для смерти писателя, то надо подчеркнуть, что не болгарские, а как раз британские службы могли влиять на обстоятельства и события в лондонской больнице.
Вышеуказанные события делают вполне понятным для меня заявление следователя, что категорически отсуствуют доказательства об участии болгарских служб в убийстве и что скорее собраны много доказательств о противном.
И так как Скотланд Ярд не делал никакого прогресса по расследованию убийства Маркова англичане решили использовать установление Западом контроли над Болгарией, чтобы добиться прогресс по делу иному пути и в основном в сфере пропаганды. Зная хорошо, что Болгария не участвовала в убийстве Маркова, они пошли, как и другие колонизаторы с “генералским делом”, на непрякое утверждение их обвинений. Раз нельзя было доказать то, чего не было, то надо было по крайней мере найти объяснения, почему нельзя доказать то, что они утверждали, что было. С этой целью был организован судебный процесс об уничтожении досье Георги Марков.
В своей статье «Неоколониализм и рабство во Восточной Европе» я уже рассказал как в результате договоренностей Живкова и ренегатской части его окружения сегодня бывшая – новая верхушка Болгарии правит страну под попечительством США. Могут ли такие договоренности не включать обеспечение американцам и их западным союзникам неограниченного доступа к полным архивам госбезопасности? Конечно нет – эти архивы являются ключом к установлению эффективного контроля страны. Без этого доступа не было бы никаких договоренностей. Но англичане и их ставленники по отношении убийства Маркова жалуются, что та часть архивов, которая подтвердила бы их утверждения о причастности Болгарии к его убийству уничтожена. Почему? Потому что ничто в этих архивах не указывает на причастность органов безопасности к вменяемому им деянию, а колонизаторам надо защитить их обвинения, иначе возникнет вопрос кто-же на самом деле тогда организовал это преступление, если конечно его было. Как я уже сказал лучший способ – утверждать, что то, что все равно нет, было, но уничтожено, что они и делают. А когда они уже контролируют страну, то нет проблемы “произвести” аргументы в пользу их утверждений, что они по мере их возможностей тоже сделали с процессом по уничтожению досье Маркова.
По этому процессу были двое подсудимых – бывший заместител министра внутренних дел генерал Савов и бывший начальник разведки генерал Тодоров. Их обвиняли в уничтожении досье, в котором якобы были план и детали убийства писателя-диссидента. Два дня до начала процесса генерал Савов - бывший политзаключенный со времен антифашисткой борьбы покончил свою жизнь самоубийством. Он сделал свой выбор из предложенной ему дилеммы, решив не принимать участие в этом позорном спектакле победителей Холодной войны. Надеюсь, что история сохранит имя этого достойного человека и патриота Болгарии. Самоубийство генерала Савова является подтверждением абсурдности обвинений против него, против болгарских служб, а значит и несостоятельности версии болгарского участия. Не зря его самоубийство почти не дискутируется в публичном пространстве.
Сам процесс как и «генералское дело», был закрытым. На нем не случайно и по исключению присуствовал представитель в публичном пространстве британской позиции и интерессов в деле Маркова журналист Христо Христов. От его описания процесса мы узнаем, что подсудимый – бывший начальник разведки генерал Тодоров в основном изпользовал свое право подсудимого не отвечать на вопросы, значит, по сути дела он себя не защищал. Коментируя ответ генерала, что досье Маркова ничего особого не содержало, журналист спрашивает: “А раз досье ничего особого не содержало, почему он его уничтожил?” Этот вопрос не зря допущенного до закрытого процесса Христова содержит основное послание организаторов процесса – раз они уничтожили досье, значит есть причины, они прячут свои дела. Здесь я постараюсь ответить на вопрос г-на Христова. Судья по описаниям процесса и материалам в прессе, является безспорным, что генерал Тодоров в январе 1990 года получил из архива 10 томов из досье Маркова и никогда их не вернул. Известен его номер – ф.2/14 150, но остает основной вопрос - каким было это досье – о наблюдении и убийстве писателя-диссидента, как утверждают обвинение и организаторы процесса или досье сотрудника разведки, как считал мой отец и утверждают в поль голос бывшие сотрудники разведки? Если досье об убийстве, понятно, что сотрудники разведки хотели бы чтобы оно изчезло. Но если это досье сотрудника разведки, то интерес изчезновения досье остается у англичан – ведь они утверждают, что Марков никогда не был связан с органами безопасности и был лишь писателем-диссидентом, которого из-за этого болгарские службы убили. Так что сделал генерал Тодоров в январе 1990 года? Спрятал досье об убийстве Маркова, бросая безпрецедентный вызов победителям Холодной Войны или сделал им услугу, забрав досье сотрудника разведки из архива и поступив с нем так, как хотели будущие организаторы его процесса? Я здесь дам четкий ответ: генерал Тодоров забрал досье сотрудника болгарской разведки Георги Марков, поступил с ним как велели колонизаторы, о потом его осудили за то, что он спрятал несуществующее досье о несостоявшемся убийстве этого сотрудника от самой его разведки. Он получил 14 месяцев тюрмы от Верховного суда Болгарии, сокращенные позже до 10 месяцев, которые генерал на самом деле отсидел. Нет сомнения, что у суда не было никакого вещественного доказательства, что генерал спрятал досье об убийстве Маркова – на это указывает и вопрос суда, что было в этом досье. А почему подсудимый не защищал себя и вместо того, что досье не содержало ничего особого, не ответил что он лишь спрятал досье сотрудника разведки? Потому что генерал следовал свой выбор из предоставленной ему классической дилеммы колонизаторов Болгарии. Это был предопределенный, договоренный судебный процесс, это был фарс. Мой основной аргумент: у семьи генерала после процесса все идет благополучно и по отношении карьер и по отношении бизнеса. Я полностью испитал на себя последствия отказа моего отца делать «признания» и знаю очень хорошо, что будет со семью человека, спрятавший досье об убийстве от ищущих его новых владетелей. Другой подсудимый - генерал Савов, не покончил собой из-за перспективы отсидеть один – два года в тюрьме. В поддержку своего ответа я приведу здесь следующее обстоятельство: К времени совершения «преступления» генерала Тодорова первым заместителем-министра внутренних дел был тогда полковник, а сейчас генерал Любен Гоцев - служител разведки, который во 80-ых работал под прикритием заместителя министра иностранных дел. Некоторые из бывших его колег публично заявляют, что еще до перемен он стал работать на американскую разведку. Считают также, что как первый заместитель министра внутренних дел он был основной фигурой в министерстве – это доказывают и стенограммы коллегиума министерства того времени. Он не сталь министром не только из-за своей скромности, но и из-за того что его министр – военный человек без опыта в органах безопасности, позже был осужден за уничтожение части архива в своем министерстве вместе с начальником архива госбезопасности. Дело в том, что как я думаю, любой человек занимавший его пост в то времени был бы осужден – когда Запад начинает истерию по какому–то вопросу, а в случае истерия была насчет архива госбезопасности, есть либо осужденные либо умершие. Любен Гоцев по сути получил свое назначение, чтобы обеспечить американцам контроль над болгарской госбезопасностью. Генерал Тодоров очень близок с генералом Гоцев. Когда Гоцев стал основным спонсором учрежденной позже Асоциации разведчиков из запаса, генерал Тодоров стал ее председателем. Если Тодоров на самом деле сделал то, за чего его осудили, у него врядь ли могли быть хорошие отношения с Гоцев, у которого самого были бы серьезные проблемы с американцами из-за такого пропуска. В последствии генерал Гоцев утвердился как основной серый кардинал переходного периода Болгарии, обладавший неформальную власть и влияние, которые в Болгарии может иметь лишь человек, имевший за собой американцев.
Вопросы вызывает и демонстративнность генерала Тодорова при забрании досье, которое выходит было изрядно документировано. Человек с его опытом и качествами и в его позиции мог бы сделать это и незаметно. Демонстративность подхода генерала Тодорова вместе с его поведением перед судом остают впечатление что он напрашивался сидеть в тюрьме. Скорее, он знал, что ему придется отсидеть там и он это знал еще в январе 1990 года, причем и знал сколько времени будет сидеть.
У меня возникает и другой вопрос – если на самом деле болгарские службы убили Маркова, почему должно быть досье об его убийстве? Такое убийство, как я уже писал, составляло бы преступлением и по болгарским законам, так как у Маркова был не смертный, а тюремный приговор (думаю на 6 – 7 лет) и нелогично ожидать от болгарских служб документировать свое преступное нарушение болгарских законов. Для аналогии в моем блоге Восточная Европа (petroff.blog.nur.kz) можно прочитать, как германские правоохранительные органы не хотят иметь ничего писменно документировано в связи с торговлью венгерсками женщинами, которую они в нарушении законов Германии на самом деле контролируют. Если кто нибудь скажет, что в Болгарии в отличии от Германии законы не соблюдались, скажу что это не так. Перед арестом мой отец удивил меня своими знаниями регламента своей деятельности – в этой сфере он мог конкурировать юриста наказателного права. Еще один аргумент – в Болгарии в 70-ых не было организованной преступности, а в Германии как и во всех западных странах она была – посмотрите где там не было скажем структур Hells Angels. Организованная преступность может существовать либо при отсуствии государства либо при его поддержке, требующей систематическое нарушение законов. Конечно, как и видно из моего блога, государство поддерживает только ту организованую преступность, которая служит интересам управляющих, что является обязательным условии его поддержки.. Я думаю, что .колонизаторы говорят все время об архивах, чтобы не говорить о причастных людях, которых они все времени не могут найти.
Стоит и вопрос, если все таки болгарские службы документировали свое преступление, почему так поздно они занялись уничтожением доказательств этого преступления. Есть индикации, что они за годы раньше знали, что произойдет. Скажу, что мой отец ушел в пенсию в 1988 году по своей инициативе из-за неприятия новой политики, не соответствующей делу, которому он посвятил всю свою жизнь. В болгарских органах безопасности ничего и никогда не происходило, да и не могло произойти, без санкций политического руководства страны
События после процесса однозначно подтверждают написанное выше. Первый болгарский следователь по делу Богдан Карайотов, который хвастался тем, что сами англичани настаивали, чтобы он вел дело (!), рассматривал возможное участие агента болгарской разведки под псевдонимом «Пикадили» в качестве физического убийца Маркова, как ключевой аргумент причастности Болгарии к покушению. В 1993 года в Копенгагене в присуствии следователей из Дании, Великобритании и Болгарии был проведен 6-часовой допрос агента, в результате чего версия его участия в убийстве стало безперспективной. Тем самым вся аргументация болгарского участия рухнула. Сейчать утверждают, что «Пикадили» спрятался где-то, но человек может слрятаться от английской разведки только если ее это устраивает, как в этом случае.
В поддержку написанного мною приведу заявление Владимира Костова в одном интервью об его убежденности, что «бывшие и нынешние болгарские службы, английские секретные службы, а также ЦРУ знают все о случае Маркова». Владимир Костов – другая жертва укола ядом, компетентный человек – он десять лет работал на болгарскую разведку до того как стал изменником и из-за этого, как и из-за того, что по-видимому он уведомил французов о всем и всех, что и кого знал как офицер разведки, получил смертный приговор. Его заявление подтверждает, что процесс об уничтожении досье об убийстве Маркова был фарсом.
Каждый раз, когда я читаю в болгарской прессе об очередном призыве западных колонизаторов к улучшению системы болгарского правосудия, я вспоминаю об двух процессах этого рассказа и о том, что как раз они через них и другие процессы разрушили наше правосудие. Такава суть и менталитет Запада – говорить хорошо и делать плохое, дабы слова прикрывали дела.
Мы не знаем и врядь ли когда нибудь узнаем убили ли англичане Маркова или просто оставили больного человека умереть – им без сомнения нужен был не человек, не писатель, а его смерть. Уже и так понятно, что их 33-летнее следствие и через 330 лет не даст идентичность евентуальных поручителей и убийца. Лучшее, что они могут сделать и что надо требовать от них, это разсекретить следствие, потому что их обвинения против Болгарии стали частью нашей истории и мы имеем право на нашу историю. Думаю, покойный писатель имеет право жить в поколениях по достойству своего творчества и деяний, а не как инструмент пропаганды Холодной войны. Для этого надо знать его таким, каким он был.
Помимо всего, что колонизаторы заграбили и грабять у нас – национальные богатство, перспективу и независимость, женщин, а когда им надо и человеческие жизни, они на всем протяжении нового колониализма грабили и топкали нашу историю – они знают, что народ без истории им легче подчинить, так как тот у которого нет истории не может думать о будущем и не может иметь достойнство и собственную идентичность. Не случайно болгарский Ренессанс начался во XVIII веке с написанием “История славяноболгарская”. Крайне необходимый нам новый национальный Ренессанс может начать только на основе нашей подлинной новой истории. Поэтому нам нужна наша новая подлинная история и рассекречивание «генералского дела” и дела об уничтожении досье Георги Марков должно стать важным шагом к ней.
