Атентат на Йоан Павел Второй и “генералское дело” в Болгарии

Вменения колонизаторами Болгарии их прежних преступлений в вину болгарских органов госбезопасности, о которых речь будет идти, связаны с двумя преступлениями времен холодной войны, совершения которых были приписаны службам безопасности Болгарии – атентат на папу Йоан Павел Второй в мае 1981 года и убийство болгарского писателя-дисидента Георги Марков в сентябре 1978 года в Лондоне.

После установления контроли Запада над Болгарией колонизаторы занялись организацией процессов против бывших служащих органов безопасности страны с целью добиться «доказательств» их утверждений. В отсуствии любых вещественных доказательств о причастности болгарских служб к двум преступлениям ввиду реального отсуствия такой причастности, в лучших традициях американского правосудия основным подсудимым была предложена сделька - сделать «признания» в духе предьявленных им обвинений и получить в замену легкие тюремные приговоры и безтуманное финансовое будущее их семей в условиях обнищания Болгарии. Отказ от сделки предусматривал в начале только физическую смерть подсудимого, но после самоубийства генерала Савова, когда другие подсудимые тоже отказали дать «признания» американцы добавили опцию социальных репрессий членов семьи - ведь систематическое вымирание подсудимых дискредитировало бы окончательно легитимность и суть процессов.

В ходе процессов подсудимыми были сделаны все трое выборов с произходящими из них последствиями, что доказывает наличие вышеуказанной дилеммы. Опять в духе лучших традиций американского правосудия все процессы были закрытыми - и чтобы прикрыть абсурдность обвинений и чтобы оказывать нажим на подсудимых и самое важное – чтобы приговорить подсудимых без вещественных доказательств лишь на основании их голых признаний. 

Сейчась перехожу к конкретным случаям.

Атентат на Йоан Павел Второй бы совершен 13 мая 1981 года членом ультраправой турецкой организации “Серые Волки” Мехмед Али Агджа на площади Святого Петра в Риме. Папа был тяжело ранен, а Агджа арестован. В ходе следствия около года позже он заявил, что к атентату его подбудили представители болгарских тайных служб. Бывший резидент ЦРУ в Турции Пол Хенци и писательница из окружения ЦРУ Клеър Стърлинг сразу разпространили эту версию и италианское правосудие занялось ею. Согласно версию ЦРУ болгарские службы пошли на атентат по поручению СССР из-за поддержки профсоюза «Солидарность» и влияния папы на события в Польше.

25 ноября 1982 года был арестован служащий представительства болгарской авиокомпании “Балкан” в Риме Сергей Антонов. Италианцы хотели арестовать еще два сотрудника болгарского посольства – Желю Василев и Тодор Айвазов, но один из них уже не был в Италии, а второй покинул страну день после ареста Антонова. Сам Антонов отсидел в тюрьме в качестве подсудимого около 4 года. В результате процесса, длившегося с мая 1985 года до марта 1986 года, он был освобожден из-за отсуствия доказательств. Тюрьму он покинул с испорченным здоровьем. По выступлениям болгарских специалистов в тюрьме его обрабатывали психическим тормозом и психотропными веществами. Наверно из-за этого и не смотря на свое плохое здоровье, Антонов никогда после тюрьмы не принимал никаких таблеток и умер в возрасте 59 лет. Этот человек стал жертвой одного из самых брутальных преступлений холодной войны.

Начну с мотивами покушения на папу. Да, папа безспорно поддерживал “Солидарность” и его влияние на поляков как поляк и глава католической церкви было большое. Но папа был сторонником мирного развития процессов в Польши и поддерживал достижение споразумения между «Солидарность» и режимом генерала Ярузельского. Как раз в мае 1981 шли интензивные переговоры по этому споразумению. За заключением такого споразумения безспорно стояли и польское руководство, и СССР, что подтверждается самым подписанием этого споразумения 21 июля 1982 года. Евентуальное убийство папы привело бы к росту напряжения с потенциалом сорвания переговоров по споразумению и самого споразумения и тем самым ставило бы под угрозу политику польских руководителей и СССР по регулированию ситуации в Польши. У СССР, у Восточного блока не было никакого мотива убивать папу в мае 1981 года, наобороть, любое покушение на его жизнь могло лишь нанести вредь их реально проводимой политике по отношении ситуации в Польши.

Очень интересна история самого атентатора Мехмед Али Агджа. До атентата он был приговорен к пожизненному заключению за убийство редактора левой газеты “Миллиет” Абди Ипекчи и за участие в двух вооруженных ограблениях. Агджа удалось выбежать из военной тюрьмы в Истамбуле, что является делом нелегким, а без помощи – прямо невозможным. Особое внимание заслуживает причина убийства Ипекчи. Редактор хотел публиковать информацию о том, что Александр Пек и Мартин Берг – служители ЦРУ под дипломатическим прикрытием предоставляли финансовую помощ Серым Волкам. Ипекчи сделал ошибку поделиться своими намерениями с корреспондентом “Рийдерс Дайджест” Пол Хенци, который был и резидентом ЦРУ в Турции. Это тот же самый Пол Хенци, который годы спустя будет разпространять версию о болгарской следе в атентате. Выходит, первое свое (известное) убийство Агджа совершил по всей вероятности по заказу ЦРУ и вне всякого сомнения в интересах ЦРУ. Важно отметить на что и на кого ЦРУ тратит деньги и что связи американской разведки с организованной преступностью и с террористическими организациями имеют давную традицию.

Убийством Ипекчи и своим поведением во время следствия и суда Агджа зарекомендовал себя как надеждный наемный убийца. Это обстоятельство, как и его приговор пожизненного заключения предопределили его выбор на выполнение нового, ответственного “заказа” – покушение нa папу. Журналистка Люси Комисар пишет, что при убийстве Ипекчи Агджа работал с Абдула Чатлъ, известный агент Гладио – разведовательной структуры НАТО и утверждает, что он позже помог Агджа при побеге. Я не знаю почему Агджа лежал во военной тюрьме, но знаю, что Серые Волки с самого начала находились под контролью турецкой военной разведки. В странах как Турция, ЦРУ, да и любая иностранная разведка, не может наладить контакты с такой организацией без согласия и содействия национальных секретных служб. Обстоятельство, что еще со своего убежища после побега Агджа заявил свое намерение убить папу и ставил это свое намерение как причина его побега не оставляет сомнения, что ему помогли выбежать, чтобы выполнить это поручение.

Возникает вопрос почему надо было помогать Агджа бежать из тюрьмы, нельзя ли было найти убийца на свободе? Доступные всем кадры самого атентата дают ответ на этот вопрос и подтверждают, что его сценарий не только исключал возможность ареста атентатора, но прямо предусматривал его арест. С одной стороны, у Агджа не была и малейшая возможность бежать из-за плотной толпы на площади, с другой, опять из-за толпы представители правопорядка не могли стрелять в него, так как пули могли попасть в людей вокруг. Только человек в ситуации Агджа в пожизненном заключении согласилься бы совершить такое покушение, конечно при условиях остаться в живых и получить более мягкий приговор. Болгарские службы не могли стоят за таким сценарием, а значит и за атентатом. Если они были причастны к нему, они бы не оставили в Италии людей, организовавшие покушение полтора года после ареста атентатора.

Год после его ареста Агджа впервые указал на болгарские службы как поручители покушения. На допросах он демонстрировал познания жизни и квартиры Антонова, в которой он утверждал, что бывал 10 мая 1981 года для обсуждения атентата. Интересная деталь – он утверждал, что в квартире была и жена Антонова, Росица, Агджа знал и ее имя, но позже было безспорно доказано, что жена Антонова еще 8 мая вылетела в Болгарию и не была в Италии 10 мая. Выходит, все что Агджа знал об Антонове (Антонов до конца заявлял, что не знает Агджа и никогда его не видел), он знал не от своего собственного опыта. Между прочим, трое руководящих генералов италианской службы СИСМИ были осуждены к тюремному заключению из-за изготовления фальшивых документов, в том числе и по делу Антонова. Но и это не установило процесс против болгарина и пропагандную машину против Болгарии.

Сам Агджа был снова приговорен к пожизненному заключению, а в 2000 году помилован президентом Карло Чампи. Он был помилован и по его первому приговору и в январе 2010 года окончателюно вышел из тюрьмы. Он хвастуется хорошими предложениями к нему, дающие ему хорошие возможности заработать денег. Те, которые поручили ему атентат, по-видимому сдержали свои обещания к нему. То, что в кадрах выглядило как действие фанатика, было выполнение очень выгодной сделки для человека в положении Агджа. Ни у СССР, ни у Болгарии когда-нибудь было такое влияние в Турции и в Италии, чтобы помочь Агджа выбежать из тюрьмы и отменить два пожизненных приговора. Это только по возможностям ЦРУ и США. К тому же в атентате были замешены и другие члены Серых Волков, что равнозначно участию самой организации. Сотрудничество ультраправой националистической турецкой организации с разведкой коммунистической Болгарии дело нереальное.

Самое страшное в покушении на папу это даже не попытка убийства человека, а сознательная цель путем положения вину на Болгарию, респективно на СССР, наколить обстановку в Польши до кровопролития, чтобы уничтожить любые шансы на взаимодействие между правящими и населением в Польши. Это безпардонное преследование стратегических целей верхушки США за счет населения стран, представляющих интерес для этих целей, можно проследить во всей внешней политики США, особено после срыва противостоящей системы социализма и особено в поджигании конфликтов в Ираке, в Югославии, в Афганистане, в Ливии и сейчась в Сирии. По-видимому усилия режима генерала Ярузельского и стоящего за ним СССР стабилизировать ситуацию в Польше не устраивали американскую верхушку. Как и в много других случаях они хотели как раз дестабилизировать регион. К счастью они подценили интелигентность поляков. Сам папа при своем посещении в Болгарии много лет спустя заявил, что никогда не верил в болгарскую следу в покушении на нем.

В конечном итоге пропагандная кампания 80-ых не успела убедить мир в участии Болгарии в атентате и сомнения о роли ЦРУ остались. Такая возможность появилась с установлением американского контроля над Болгарией. При отсуствии любой причастности страны к покушению архивы органов госбезопасности были безполезны. Выход был получение признаний бывших служителей этих органов. Как организатор атентата авторы болгарской следы всегда определяли военную разведку Болгарии. По крайней мере один из подсудимых – Желю Василев был служителем этой разведки. Следует ожидать, что американцы поищут признания от служителей как раз этой службы. Как ни странно, американцы, а скорее их болгарские ставленники, вообще не беспокоили бывших подсудимых и руководителей разведки.. Процесс в Риме во 80-ых годах показал, что создать автентичность показаний польностью непричастных людей в качестве организаторов покушения, дело невозможное.

Поэтому мир должен был получить подтверждение болгарской следы от непрямых улик и косвенных признаний. Такую улику и соответствующие признания должен был дать судебный процесс над участниками в разработке “Больной” болгарской военной контрразведки со середины 80-ых годов. Объектом этой разработки был бывший офицер болгарской военной разведки, предложившийся американцам и попытавщийся передать им список с более 60 сотрудников болгарской военной разведки за границы. Ему это не удалось, он был арестован, судим и получил самое тяжелое наказание – смерть, которое и было выполнено после подтверждения тремя судебными составами и Госсоветом республики. В этой разработке есть одна интересная деталь. До своего уволнения подсудимый работал известное время в одной комнате с одним из подсудимых по делу Антонова – Желю Василев. Он намерен был изпользовать тот факт, чтобы после своего выхода на Запад заработать первый миллион долларов, свидетельствая на процессе против Антонова и Болгарии и говоря то, чего от него хотят (кстати, было уже установлено, что Василев и Агджа не знали общего языка из-за чего они не могли провести те разговоры, о которых говорил Агджа). Эта деталь подтолкнула американцев в 1991 году подбудить расследование и дело против участвующих в разработке офицеров. Не смотря на то, что в 1992 году состав Верховного суда из пяти членов отказал отменить приговор по шпионажу, делу был дан полный ход. Подсудимые были бывший начальник военной контраразведки, бывший начальник Главного следственного управления, начальник отдела и оперативный работник контрразведки, работающие по разработке «Больной», и следовател. Ввиду того, что первые двое были генералами запаса, дело стало известно как «генералское дело». Много лет позже бывший начальник следствия генерал Коцалиев заявил следующее о сути процесса: “К началу процесса уже велось новое дело о болгарской следе в атентате на папу. В этой связи против нас организовали дело, чтобы вменить нам монтирование шпионского процесса с целью прикрытие участии Болгарии в попытке убийства папы.” Другой подсудимый, бывший начальник военной контраразведки генерал Чергиланов, писал мне в октябре 1993 года, что через процесс представители американской разведки намерены скрыть то, что они делали против Болгарии.

Здесь мне пора пояснить, что этот подсудимый мой отец. Отсюда буду вести рассказ через призму моих контактов с ним. Думаю и надеюсь, что это дасть лучшую ощутимость процессов, в то время как само дело было закрытое – как уже писал и чтобы прикрыть абсурдность обвинений и чтобы оказывать нажим на подсудимых и самое важное – чтобы приговорить подсудимых без вещественных доказательств лишь на основании их голых признаний.. Не зря они настаивали на открытый процесс, который им отказали. Чтобы лучше понять мой рассказ надо учесть, что я сам в органах безопасности никогда не работал, да и в тот период не понимал суть событий. Отец, как наверно и все основных подсудимых, чии “признания” требовались, был под нажимом и угрозой не говорить о сути событий и о процессе. Под угрозой были и все те, которые узнали бы суть того, что произходит. Поэтому он говорил мне самое необходимое. По той же причине когда после его ареста я по своей инициативе обратился к организациям по правам человека отец необычайно резко потребовал от меня перестать и ничего больше не предпринимать, чтобы не нанести ему большой вред. Помню его слова к мне после начала шумихи: “Сейчась люди будут говорить, что я способствовал убийству человеку и я знаю, что тебе будет нелегко. Не могу говорить в подробностях, но ты имееш право знать, что мы (контраразведка) никогда не утверждали, что подсудимый успел передать список американцам. Я сам бы никогда не утверждал это, потому что за утечку такой информации меня бы наказали очень круто. Приговор утвержден тремя судами и Госсоветом – разве я мог обманывать таких институций? Знай, что твой отец не преступник.” Верность слов моего отца подтверждает поведение болгарских государственных органов после процесса над кандидат-шпионом, которое ни в коем случае не указывало на то, что для них люди из списка “освещены”.

Для лучшего понимания своего рассказа еще разь упомину дилемму, перед которой американцы ставили основных подсудимых и которая най-лучше отражает ситуацию последних – сделать «признания» и отсидеть недольгое время в тюрьме (в случае моего отца речь шла об одном году) со соответствующими компенсациями или смерть.

В представлениях американцев их предложения были разумные, даже выгодные в виду обстоятельств обвиняемых и поэтому польностью приемливые. Отказ от признаний моего отца они восприняли наверно как страх войти в тюрьму и решили ставить его и других подсудимых перед совершенным фактом и тем самым усилить нажим на них. Третий прокурор по делу Николай Колев на место первоначальных мягких обвинений – о введении суда в заблуждение, предусматривающие не больше 5 лет заключения и поэтому не позволяющие арест подсудимых до вынесения приговоров, выдвинул новое тяжелое и странное обвинение – убийство через суд и потребовал смертное наказание для основных подсудимых. На этом основании и не смотря на то, что по тогдашним законам генералов нельзя было арестовать до их разжалования, 6 августа 1992 года расследоваемые были арестованы и доставлены в следственную тюрьму. Для психического воздействия на моего тогда 68-летнего отца его арест был зрелищным, совершен многочисленным составом отряда антитеррористов.

Стоит остановиться  на личность прокурора Колева. Не потому что он был важной фигурой в этом процессе – в одном из своих интервью много лет спустя отец заявил, что он был лишь выпольнителем чужой воли – а чтобы знать какими людьми вводилась демокрация, а скорее всего проводилась колонизация Болгарии. В свое время военная контрразведка докладывала о нем, что он как военный прокурор велел бить подсудимых солдат, чтобы те признавали то, что он хотел от них. Был предложен к уволнению, но из-за нехватки юридических кадров в армии Главный Военный Прокурор перевел его в другой гарнизон. Об его участии в темных делах не буду говорить – болгарская пресса писала достаточно об этом.  Сам я видел его только один раз, при свидании с отцом. Меня впечатлили его играющие как у вора глаза и удовольствие, которое он ощутил, когда мои мать и сестра стали плакать. Позже этот человек стал главным военным прокурором республики.

Никогда не забуду слов отца вечером перед его ареста: “Я уже прожил 68 лет – больше среднего возроста мужчин, да и много моих товарищей погибли молодыми (он был партизанином в Югославии, а потом участвовал добровольцем в Отечественной Войне), так что что будет дальше со мной не имеет значения.” Я понял, что он готовится к худшему и что он готов принять его. Тогда мне это казалось странным – был уже мораторий на выполнение смертных приговоров и все мы знали, что он не будет казнен. Но я все таки уже понимал, что речь не идет о правосудии, а о какой то политической игре. Когда я предложил ему искать хорошего адвоката (я был готов помочь деньгами), он мне дал понять, что адвокат не имеет значения. Лишь много лет спустя я понял какая дилемма стояла перед ним. Он бы никогда не сделал “признаний”, позорящих его страну. Позже из тюрьмы он мне писал: “ ... нет места для иллюзий и человек должен быть готовым к всему ......Живем на Балканах и здесь все возможно...” Эти отрывки его писем вскрывают брутальность нажима под которым он находился. Основательность его писаний вскрывает следующий эпизод, о котором я узнал годы спустя. Когда организаторам стало понятно, что и тюрьма не убедит отца сделать “признания”, они решили переместить его в тюрьму города Пазарджик. Это оригинальное решение (допросы шли в Софии), принятое в декабре 1992 года означало верную смерть для моего отца. Пазарджик отстоит от Софии на около 100 километров, между ними в основном горы, в тюремных машинах нет отопления, а слабое место моего отца его легкие – он и без Пазарджика несколько раз в тюрьме болел воспалением легких. Перед первым перевозом, знав правила, отец настоял на врачебный осмотр и писменное согласие врача на его перевоз. Он как раз болел и у него была высокая температура. К его счастью врач, осматревшая его, отказала дать согласие и он остался в Софийской тюрьме. Иначе зимние прогулки между Пазарджиком и Софией убили бы его без всяких сомнений. Конечно, если хотели, организаторы могли бы все равно покончить его. Наверно кто-нибудь поумнее из них сообразил, что “признания” все равно отец не дасть, а уже была одна смерть в процессах против органов госбезопасности - систематическое вымирание подсудимых дискредитировало бы окончательно легитимность и суть процессов.

Когда жизнь послала отцу это большое испытание, мне казалось что возраст, утомление, разочаровающий для него ход событий ставили на него свое отражение. Все что он хотел было спокойно и достойно дожить до конца своих дней. Вести о деле он встретил и тревогой, и каким-то раздражением, что его заставляют участвовать в этой недостойной пропагандной игре. В одном из первых его писем из тюрьмы он мне писал: “К сожалению, я остался в центре этого дела, но удар направлен на  всю систему, в которой я работал.” Перед лицом испытаний мой отец полностью мобилизировался и преобразился. “Чем больше они на меня давят, тем больше растет моя сопротива» писал он мне из тюрьмы. «Будь уверен, что пока я дышаю, никакое насилие, никакой произволь не переломят меня. У меня нет ни малейших угризений совести и я встречаю спокойно свои испытания.....Пока судебная система функционирует как экзекуционный взвод. Это меня не смущает, потому что кто-нибудь должен дать отпор.“ продолжал он.

И он дал свой отпор, не сделав никаких признаний и настаивая на продолжение расследования в поиске вещественных доказательств о верности утверждений против него и остальных подсудимых – и он, и организаторы процесса знали очень хорошо, что таких доказательств нет, как нет и участия Болгарии в покушении на папу. Посколько мне известно, никто из других подсудимых тоже не сделал признаний. Так несмотря на огромный нажим, “генералское дело” не дало никаких улик и подтверждений болгарской следы в покушении на папу. Подсудимые отсидели в тюрьмах девять месяцев с половиной и через почти 12 лет дело было безславно и тихо закрыто, а болгарская следа в атентате сегодня появляется лишь епизодично как одну из версий аттентата. 

Современное рабство: Россия

Сводка недоступна. Нажмите эту ссылку, чтобы открыть запись.

Современное рабство: Канада и трагическая судьба рабынь ЦРУ

Я уже писал, что наладить контакт с германской федеральной полицией БКА мне помог представитель полиции третьей страны и подчеркнул не раз, что как раз это посредничество спасло мне жизнь во время моего пребывания в Лейпциге. До сих пор я не писал, кто этот представитель и какую полицию он представлял. Сейчась у меня есть очень серьезные основания нарушить свое молчание по этому вопросу и я сообщу это.

В немецком блоге sexsklaverei.blogspot.com я публиковал электронное письмо, с которым 12 апреля 2010 года представитель канадской федеральной полиции RCMP – The Royal Canadian Mounted Police передаль мне имя и телефон Дитмара Шмидта из БКА. Я никогда не даю польные данные полицейских и зачерк фамилию представителя – его идентичность не имеет значения, важное что нет сомнения, что электронный адресс принадлежит  RCMP.

Сейчась перейду к самой истории. Прочитав о скандале по поводу связей политиков и высокопоставленных чиновников и магистратов в Саксонии с организованной преступностью, который я уже здесь описал, я потерял любое доверие к немецким властям. Так как у меня было право на постоянное пребывание в Канаде я обратилься к канадскому консульству с просьбой помочь мне наладить контакт с Интерполом по поводу торговли людьми. Мне объяснили, что Интерпол не работает с гражданами, а с полициями и после того как я ответил на вопрос о юрисдикции правонарушения мне посоветовали обратиться к немецким правоохранителям. Я оставил служащему свой визитку и через десять дней представитель RCMP Джералд связался со мной. Встреча с ним произошла в канадском посольстве в Берлине, 30 или 31 марта 2010 года.

На встрече я передал предварительный вариант информации, которую несколько недель позже я передал БКА. Джералд и его коллега прочитали всю информацию и потом он начал задавать мне вопросы по отношении достоверности информации и моих мотивов. Я выразил свое недоверие к немецким властям, и основания для него и он сказал, что у него есть надеждный контакт в БКА, но что он сначала поговорит с ним и потом даст мне его телефон.

Интересный был разговор вне его кабинета у дверей посольства. Он сказал мне, что такие преступления трудно расследовать и доказать и спросил меня настаиваю ли я продолжить свое дело. Я подтвердил свои намерения продолжить и он сказал «Ну, это твоя жизнь».

Нет сомнения, что у RCMP был большой интерес к моей информации. Вопрос в том, в чем был этот интерес – помочь мне и венгеркам, или их немецким коллегам установить контроль над моей информацией.

Вероятность, что RCMP не знала о настоящей роли БКА в торговли людьми, скорее всего теоретическая и оправергается словами ее представителя у дверей посольства. То, что произошло со мной позже – и потеря моего твердого дохода и кража, указывает однозначно но то, что Джералд имел в виду. Не зря он хотел говорить с Шмидтом прежде чем дать мне его номер – он точно знал, что покровители торговли людьми из БКА велели бы подвергнуть меня экзекуции и это создало бы проблемы для RCMP – мое посещение к нему было документировано,  10 дней до его первого звонка означали, что была переписка с Оттавой и он получил указания установить контакт со мной и связать меня с БКА. Не случайно, что канадцы, как и швейцарцы, связались по моему вопросу с одним и тем же человеком – отвественным по организаванной преступности, а значить главный покровитель последней в БКА Дитмар Шмидт.

Поэтому я всегда считал, что своим посредничеством канадцы хотели сделать услугу не мне и венгерским сексрабыням, а своим немецким коллегам. Но ничего из вышеупомянутых фактов не дает мне четкого основания говорить об участии RCMP в моем случае на стороне рабства. Чтобы внести однозначность по этому вопросу, останавлюсь на реалиях Канады и на моих дальнейших контактах с  RCMP.

В отношении реальностей в Канаде достаточно рассмотреть еженедельник Toronto Now, чтобы узнать, что в этой стране есть женщины, которые «работают» круглосуточно семь дней в неделю, а значит они и есть сексрабыни. К тому эти сексрабыни работают в определенных помещениях, что запрещено законом, а значит, собственники этих рабын стоят над законом.

В середине прошлого десятилетия телевизионные команды обнаружили escort агентства женщин – восточноевропеек и русских, которых держали запертыми в квартирах и отпускали лишь, чтобы обслужить клиенты. В ответ на эти открытия и на озабоченность и возмущение граждан ситуацией этих женщин на портале SexWork.com была публикована статья “Trafficking in Toronto by the Russian Mafia Or A Legitimate Choice by Women” («Торговля русской мафии женщинами в Торонто или Закономерный выбор женщин»). Автор статьи – какой-то Айнар, утверждающий, что озабочен ситуацией импортированных в Канаду женщин и принимающий участие в каком-то дискуссионном совете по теме (совет не идентифицирован). Он обсуждал ситуацию женщин с другими членами совета и пришел к выводу, что эти женщины приняли добровольно, без принуждения свою ситуацию, потому что она приносит пользу и им. Он четко признает неоспоримые факты их ситуации – что они работают круглосуточно, что у них сводники, которые папирают их права и свободу. Ключевым аргументом для его вывода является его разговор с одной из этих женщин, которая, будучи знакомой с дискуссиями, сказала ему, что людям нельзя заботиться о ней и ее коллегах, потому что она сама хочет работать все время, чтобы заработать как можно больше денег. Статья подчеркивает, что хотя женщинам дают только 25% заработонного ими, они зарабатывают гораздо больше чем в своих странах, где к тому же все гораздо дешевле чем на Запад. Для большей убедительности Айнар приводит и мнения других членов анонимного совета. Один адвокат говорит, что девушку, которую он посещает, счастлива и любит свою работу. Другой человек заявляет, что заключенные женщины счастливы и после выполнения своих «договоров» с русской мафией свободны либо остаться в Канаде либо вернуться к себе на родину с большими для местных стандартов деньгами. Он рассказывает, что получил электронную почту от одной из девушек, которая писала ему, что уже выполнила свой «договор» с русской мафией и сейчась работает в стриптиз-баре в Монтреале, где зарабатывает очень хорошо. Человек считает, что ситуация вокруг этих женщин больше  похожа на теневое предпринимательство чем на торговлю людьми или рабство.

Как видите, рядом с некоторыми неизбежными признаниями эта статья содержит классический набор «аргументов» и «утверждений» рабовладельцев в случаях когда находятся под нажимом фактов. Многие из них можно прочесть в комментариях немецких преступников к моему немецкому блогу sexsklaverei.blogspot.com, где последние утверждают, что венгерки работают добровольно в Лейпциге и им хорошо. А госпожа Пископ из организации Кобра мне тоже заявила, что у венгерок „договоры», но не ответила на мои вопросы видела ли она сама эти «договоры» и что содержат они. Так как все эти «аргументы» и «разьяснения» представляют собой оправдание и пропаганду рабства, я сейчась не пропущу возможность их опровергнуть.

Прежде всего возникает вопрос, если все эти женщины счастливы, почему их держат запертыми в квартирах и не пропускают даже посидеть на чашку кофе где-то 50 – 100 метров от квартир, чтобы подышать свежим воздухом и получить немножко солнца. Запертыми держат, как правило, людей, которые против своей воли попали в свою ситуацию и недовольны. В этом случае речь идет и об избежании неконтролируемого общения сексрабын с гражданами. Существуют ли вообще женщины, которые добровольно и счастливо работали бы круглосуточно, если им отдают 25% их заработка? Мой знакомый, кстати, спросил одну из работающих круглосуточно женщин нравится ли ей Канада и та ответила ему, что хочет как можно скорее домой. Лили в свое время мне ответила в то же самом смысле насчет Лейпцига.

Из-за своей отдаленности и требования виз только центральные восточноевропейские организации в состоянии экспортировать женщин в Канаду. Как я уже писал в статье «Современное рабство: Болгария в плену неоколониализма» все эти организации подотчетны ЦРУ и соблюдает созданные им универсальные правила современного рабства. Забегу вперед и скажу, что недавно представитель RCMP подтвердил перед мной присуствие женщин из венгерской организации – о присуствии венгерок в Канаде и так здесь писали.

Не зря современное рабство имеет место в США и в странах, являющихся сателлитами США – их колониями и союзниками, причем верхушки первых порабощают своих граждан и поставляют их на рынки сбыта вторых, где состоит их эксплуатация. Прибыль делится поровну между верхушками колоний и союзников, но американская доля в прибыли первых значительно выше, чем у вторых – и из-за большей зависимости колоний и из-за того, что в них американская резидентура сама руководит всеми преступлениями, включая и порабощение жертв (Россия наверно представляет исключение в этом отношении). Значит, если Россия, Венгрия и другие восточноевропейские страны поставляют сексрабын в Канаду, ето означает, что их верхушки приняли на себя обязательство соблюдать универсальные правила американцев, включая и нечеловеческое обращение с женщинами вплоть до их убийства. И если Канада импортирует сексрабынь из этих стран, то она тоже согласилась соблюдать правила рабства, включая и обеспечения польного контроля жертв со стороны ее органов правопорядка. Поэтому ситуация сексрабынь в Канаде не может отличаться существенно от той в Германии, Швейцарии и Дании. Когда в 2010 году я рассказал одной канадской расследовавшей журналистке о рабстве в Лейпциге она заметила, что положение этих женщин в Канаде тоже самое. Это подтверждает и присуствие венгерской организации в стране, которая врядь ли обращается со своими рабынями в Канаде по разнему чем в Лейпциге. Как относится эта общая картина к «аргументам» рабовладелцев в рассматриваемой статье?

Упоминание «договоров» имеет хороший психологический и пропагандный эффект - договоры ассоциируются с правилами, со законами, но эти договоры в рабстве не существуют и не могут соществовать. Договор не может противоречить законам, иначе он нищожен и тем самым непотребен. Но почему в древности, когда рабство было законным, не заключались договоры с рабами? Потому что договоры имеют место между юридически равноправными сторонами и потому что один договор дает что-то или признает что-то всем его сторонам, а рабам ничего нельзя давать – поэтому они и рабы. Смерть Мирославы доказывает, что современное рабство, как и прежние рабства, покоится на принуждение и насилие вплоть до смерти. Договоры противоречат золотому правилу современного рабства - ничего связанного с ним не документировать – не зря самая важная часть разговора с Джералдом произошла не в его кабинете, а у дверей посольства. Да и кто из преступников ставит свою подпись на договоре, являющемся свидетельством совершения преступлений?

Утверждение об оплате сексрабыням 25% от заработка от каждого клиента тоже ложь – здесь тоже женщин заставляют выпольнять норму. Сводники, которые в современном рабстве являются надзирателями рабын, должны, как и венгр в Лейпциге, обеспечить твердые суммы для обеих организации с каждой женщины (в статье канадская мафия не упоминается, речь идет лишь о распределении дохода между женщинами и российской мафией), потом они покрывают свои разходы, обеспечивают себе свою прибыль и остаток заработка дают женщинам, которые заработали все. По сути им остают сколько им надо чтобы покрыть свои основные разходы и прожить. Вы когда-нибудь слышали, что людей порабощали, чтобы сделать их богатыми? Это могут быть лишь сказки рабовладельцев. В статье идет речь, что женщины работают и чтобы вернуть затрат их сводников на их приезд в Канаду. Сколько времени надо работать женщине, которая дает (согласьно статьи) своднику 150 долларов от каждого клиента, чтобы вернуть ему деньги за самолет и визу? Взяток на визы нет, потому что все улажено сверху.

«Аргументы» статьи покоятся на разговорах с женщинами, но как и в Германии они находятся под постоянноым контролем и им запрещено под угрозой смерти жаловаться перед клиентами или говорить о своей настоящей ситуации. Поэтому все разговоры в статье придуманы. Да и эти женщины хорошо знают, что цены во Восточной Европе не ниже чем на Западе – наше производство унищожено и мы вынуждены импортировать из Запада. И этим женщинам, как и венгеркам, запрещено связываться со своими клиентами и давать им свои контакты – электронная почта от счастливой бывшей рабыни тоже придумана, как и ее счастливая судьба стриптизерши.

Но даже эта пропагандисткая статья подтверждает наличие настоящего рабства в Канаде. Утверждения, что его жертвы сами согласились на него, потому что оно является дорогой к счастливому и беззаботному будущему являются ложью, с которой я разберусь пониже, и они ничего не меняют. Статья расскрывает, что сескрабынь импортируют в Канаду с визами, значит со содействием властей. Кто-нибудь еще верит, что RCMP связалась со мной чтобы помочь мне и жертвам, при положении, что в Канаде не только есть тоже самое рабство, но и венгерская организация оперирует и там? Истина та, что в 2010 году мне в защиту рабства противостояли не две, а три полиции и если свое выживанием я должен и RCMP, я „должен” им и потерю моего твердого дохода, а самые близкие мне венгерки «должны» ей немало насилия из-за того, что это полиция меня обманула и я передал информацию о них БКА и тем самым их рабовладельцам.

27 ноября 2010 года я послал електронную почту Джералду из RCMP, в которой я указал на последствия от его посредничества и рекоммендации Дитмара Шмидта и попросил содействовать по крайней мере об освобождении пострадавших от его посредничества венгерок. Я не получил никакого ответа на свой почту и это обстоятельство подтверждает подлинную цель посредничества RCMP.

Сейчась перехожу к самому важному – к окончательной судьбе сексрабын центральных восточноевропейских организаций рабства. Уже в своей первой статье о ситуации венгерок в Лейпциге я заметил, что жизнь этих молодых женщин ничего не стоит для их могучих владельцев. Многое в обращении с ними -как принуждение к сексуслугам без презерватива, убийства Мирославы и русской девушки, отсуствие любой документации об их местонахождении в странах их эксплуатации, указывает на то, что эти женщины предопределены для смерти. Доклад евродепутата Дик Марти о торговли человеческими органами в Косово документировал, что самые влиятельные люди Запада санкционировали массовые убийства людей ради приобретения и продажи их органов. По мере своего ознакомления с нечеловеческой ситуацией венгерок я чаще и чаще задавал себе вопрос об их конечной судьбе. Я все больше и больше сомневался, что все эти лицемерные рабовладельческие государства, выдавающиеся себя как демократии и правовые государства, отпустят на свободу своих жертв, знающих так много об их преступлениях, после того как они становятся непригодными для сексуальной эксплуатации. Прочитав комментарии к моему немецкому блогу от бывших жертв лейпцигского сводника Йенс Коттке я спросил себя что будет если пустят на свободу много тысяч женщин 40 лет, без средств и без никаких перспектив? Не будут ли эти женщины рассказывать, как их били и держали в плену рядом с полицейскими участками, как их эксплуатировали, как органы правопорядка западных правовых государств подслушивали их телефоны и передавали информации их сводникам, из-за которых их били и наказывали? Тогда восточноевропейцы знали бы об обстоятельствах, описанных в моих блогах и статьях. То, что они до сих пор их не знают, означает, что таких женщин никогда не отпускали на свободу – их могучие рабовладельцы никогда не допустят, чтобы мир узнал об их преступлениях. Американцы, которые контролируют глобальную торговлю людьми известны своей способностью совершать незаметно массовые преступления – это качество их признавал всемирно известный колумбийский писатель Габриель Маркес в своей книге «100 лет одиночество» и эту их способность доказало Косово. Трудно и представить себе, что прагматичные американцы пропустят возможность при убийствах своих жертв заработать на их органы. На это указывает рассказ об увиденных многих молодых женщинах с удаленными органами в албанских тюрьмах. Около 25 лет тому назад СМИ писали много о проблеме донорства, сегодня ничего о такой проблеме не слышно. Решение этой проблемы, по крайней мере для богатых, найдено и оно называется рабство, при котором убивают молодых, бедных и порабощенных людей, чтобы продлить жизнь богатых, часто взрослых людей, причем убийцы зарабатывают огромные прибыли.

Короче говоря, я решил выяснить правду об окончательной судьбе сексрабынь ЦРУ из центральных восточноевропейских организаций.

В мае этого года я обратился к специализированной структуре RCMP по торговли людьми с предложением взамен на освобождение моих самых близких венгерок принять обьязательство не упоминать Канаду в связи с торговлей людьми и не допустить негативные информационные последствия для рабовладельцев вследствие их освобождения. Мой собеседник Малкольм стал беспокоиться  сколько я знаю о венгерках в Канаде и не связывался ли я по этому вопросу с полицией метрополитена Торонто, но не хотел увязаться разговором по моей теме. Поэтому в июле я послал ему електронное письмо, в котором я письменно сделал свое предложение. На другой день я получил его ответ, который я перевожу здесь: «Пожалуйста, наслаждайся твоей жизнью в этой прекрасной, демократической стране, названной Канада. Мы все счастливы жить в порядочной стране, которая сохранила свою способность краснеть от стыда.... молодая, застенчивая страна.» Я приложил его ответ вместе с моим письмом в моем немецком блоге и считаю это приложение одним из самых важных приложений в блоге рядом с SMS Лили. Ответ ответственного для торговли людьми канадского полицейского Малкольм содержит две послания. Первое из них – не вмешиваться в дела торговли людьми, а второе послание это угроза тем, что если я все таки вмешаюсь, то не смогу наслаждаться моей жизнью в Канаде. Пару часов позже началась демонстрация, имевшая по моему мнению целью не оставить сомнения, что я хорошо понял и это послание и дать мне понять, что оно подразумевает. Было удалено мое самое важное обьявление (реклама) на сайте Kijiji Toronto. Я снова публиковал его и в 12.11 часов после обеда были удалены 5  моих обьявлений, а по сути почти все и опять с общим разьяснением, что они не соответствуют политике портала. Должен сказать, что эти обьявления я публиковал месяцы, некоторые больше года в том же самом виде и только сейчась, после ответа из  RCMP выяснилось, что они не соответствуют политике  сайта, что конечно не так – это обычные деловые обьявления. После следующего публикования меня оставили в покое и до публикации статьи о Канаде в немецком блоге те же самые обьявления, без никаких изменений, больше не удаляли. Я рассматриваю свою корреспонденцию с Малкольмом и удаление моих обьявлений – я публиковал и уведомления об удалениях, так как они представляют угрозой моего финансового уничтожения в случае, что я продолжу заниматься публикациями о торговле людьми, как однозначные свидетельства о реальностях в Канаде и об истинном отношении властей этой страны к торговле людьми и правам человека, которые идентичны с реальностями в Германии и с отношением немецких властей к этим проблемам.

Хотелось бы сказать еще многое в связи с моим общением с RCMP, но сейчась я перейду к самому важному выводу от него – что сексрабыни из контролируемых ЦРУ центральных восточноевропейских организаций не выживают после своего рабство, а их убивают после того, как они становятся негодными для сексуальной эксплуатации.

Каждый, который прочтет мое предложение в немецком блоге поймет, что такое предложение нельзя отвергнуть если нет четкой политики никогда и ни при каких обстоятельствах не отпускать жертв рабства на свободу. С их жизнью должна уйти и тайна об их нечеловеческом существовании и об их мучителях. Да, не канадцы, а американцы решают судьбу этих женщин, но они тоже не заинтересованы в этой публикации. И свои обьязательства я намеревался как всегда выполнить – я всегда держу на свое слово и больше информации о ситуации сексрабынь мне не нужна – все существенное как насилие, пленничество, принуждение и эксплуатация описано здесь. Не зря ни в одной стране применения рабын нет никакой документации об их местонахождении - это дает их владельцам возможность незаметно убить любую из них.

Современное рабство означает по крайней мере для рабынь, контролируемых ЦРУ центральных рабовладельческих организаций верный путь к смерти и это цена, которую они должны платить, чтобы хищнические и беспощадные криминальные диктатуры, которых они являются жертвами, смогли сохранить свой имидж демократий и правовых государств. В то время как их политики и послы во Восточной Европе проповедуют демократию и права человека, эти диктатуры грабят Восточную Европу, поробащают тех, которые им нужен как рабы, эксплуатируют их нечеловечески, и наконец, убивают их, чтобы сохранить тайну своих преступлений.

P.S. 31 мая 2016 года я послал канадскому министерству правосудия электронную почту, в которой я вставил два вопроса: 1. Почему Министерство, при положении, что получило мой штрафной приказ еще 5 февраля 2015 года, послало мне этот приказ 27 мая 2015 года, так что я получил его лишь за несколько часов до моего отлета из Канады 28 мая 2015 года и 2. интересуется ли Министерство легальностью судебьных процедур, в результате которых граждане Канады получают приговоры и наказания за границы? До сегодня, 25 септября 2016 года, почти четыре месяцев позже, я не получил никакого ответа и не думаю, что когда-либо я его получу.